Зачем учить английский сейчас

Аргументы железные. Глобализация, какой мы её знали, трещит по швам. Английский как язык «мирового правительства» и "американской мечты" теряет свой флёр обязательности. Нейросети научились переводить текст и голос в реальном времени. Сервисы вроде ChatGPT «думают» на русском, китайском, арабском. Зачем же мучить себя?
Затем.
Чтобы не быть туристом в собственной жизни. И даже не в чужой стране. А в собственной голове.
Приведу два примера.

Представьте, Вы в Берлине. Не в командировке, а просто гуляете. Заходите в маленькое кафе в районе, где по-английски говорят с трудом. Вы показываете пальцем на круассан и говорите: «This one, please».

Вас поймут. Вы свой круассан получите. Нейросеть в телефоне вообще может озвучить заказ. Вы справились. Вы — молодец.

А теперь представьте, что Вы сели за столик. Рядом — две женщины. Они обсуждают выставку, которую только что видели. Одна говорит, что её тронула инсталляция с падающими листьями. Вторая смеётся и говорит, что это было банально. Они спорят о том, что такое «подлинная красота» в современном искусстве.

Вы понимаете, что теряете не перевод. Вы теряете жизнь, которая происходит прямо перед Вами. Вы отрезаны от неё стеклом. Вы можете спросить у перевода на телефоне: «о чём они говорят?», и он выдаст сухую, механическую, убивающую всю прелесть фразу. «Женщины обсуждают художественную выставку, выражая разные мнения о произведении с падающими листьями».

Где здесь страсть? Где ирония? Где та самая секунда паузы, после которой вторая женщина произносит: «You know, maybe we’re just afraid that a falling leaf can say more about us than we can say about ourselves»?

Вот это Вы не переведёте никакой нейросетью. Потому что для переводчика высшего пилотажа нужно не знать слова. Нужно чувствовать, когда в комнате повисает тишина и почему она такая.

Техническую документацию, новости, письма — нейросеть переведёт. Но есть тексты, которые нельзя «скормить» машине. Потому что они — Ваши.

Любимый роман. Любимый поэт. Песня, которую Вы слушали в семнадцать лет, лёжа на траве и глядя в небо, и которая навсегда осталась символом того лета, той свободы, того первого поцелуя.

Или, например, фильм. В прошлом году посмотрела «Wolfs» с Клуни и Питтом. Вот так, с одной буквой «s» на конце. Правильная грамматика английского языка требует множественного числа — wolves. Но создатели назвали его Wolfs. И это не ошибка. Это заявление.

Как его объяснить? Название «Wolfs» означает, что это слово не подчиняется правилам грамматики. Волки — это животные, которые сбиваются в стаю. А «волки» в нашем фильме — это герои-одиночки, каждый сам за себя. И неправильное написание это подчёркивает.
Машина переведёт «Wolfs» просто как «Волки». Или, в лучшем случае, исправит на «Волков», думая, что это опечатка.

Но только человек, знающий язык и культуру, прочитав это название, сделает паузу. Задумается. Заметит: «Что-то здесь не так». И тогда откроется смысл, который заложил автор.